Казахстан по праву входит в число крупнейших нефтедобывающих стран мира, но главный вопрос остается прежним – кто действительно получает основную прибыль с «черного золота»? Несмотря на то, что недра принадлежат народу, реальные доходы от добычи нефти сосредоточены в руках трех крупных операторов: Тенгизшевройл, NCOC и Karachaganak Petroleum Operating. Именно эти компании контролируют крупнейшие месторождения страны и зарабатывают миллиарды долларов ежегодно. Расскажем о них подробнее в материале Juzmedia.kz.
Несправедливый раздел?
Казахстан уже давно «сидит» на нефтяной игле, для нашей страны это стратегический ресурс. На деле он должен служить опорой для экономического роста и благополучия граждан, но в реальности все иначе: казахстанское «черное золото» – это в первую очередь прибыль для транснациональных корпораций.
Три крупнейшие компании: Тенгизшевройл, NCOC и Karachaganak Petroleum Operating контролируют основные месторождения страны – Тенгиз, Кашаган и Карачаганак. На них приходится около 70% всей нефтедобычи.
Все эти компании работают в нашей стране в рамках соглашений о разделе продукции (СРП), которые предоставляет им весьма и весьма выгодные условия. Эти соглашения были заключены еще на заре независимости, когда технологий и денег в стране не было, а качать нефть нужно было.
Одна из главных проблем – это экспортная направленность. Вся добытая этими гигантами нефть уходит за границу. Эти компании не обязаны обеспечивать внутренний рынок, ведь по условиям СРП они имеют полное право распоряжаться своей долей углеводородов. В условиях, когда внутри страны растет спрос на топливо, а на нефтеперерабатывающие заводы поступает недостаточно сырья, такие договоренности выглядят как стратегическая ошибка. Плюс ко всему эти три компании не платят экспортные таможенные пошлины, а это сотни миллионов долларов ежемесячно.
При этом казахстанские нефтяные предприятия (кои тоже сложно назвать казахстанскими, поскольку многие из них – совместные с иностранными) обязаны строго соблюдать нормы национального законодательства, начиная от требований по доле местного содержания и привлечению отечественных кадров до соблюдения экологических стандартов и налоговых обязательств. Именно им приходится обеспечивать наш внутренний рынок топливом, зачастую работая себе в убыток.
Кто качает прибыль из Тенгизского месторождения
Теперь разберемся подробнее, кто же из иностранцев зарабатывает на казахстанских недрах. Итак, «Тенгизшевройл» – это крупнейшая нефтедобывающая компания в Казахстане, которая занимается разработкой одного из самых богатых нефтяных месторождений страны – Тенгиз.
Компания зарегистрирована в Атырау, руководителем является Лакоби Питер Уильям. Организация представляет собой стратегическое партнерство между государством и транснациональными гигантами нефтяной отрасли. Основные акционеры: 50% у американской корпорации Chevron, 25% – у ExxonMobil Kazakhstan, 5% – у российской ЛУКОЙЛ, и лишь 20% принадлежит национальной компании «КазМунайГаз». Такое распределение долей наглядно демонстрирует, кто на самом деле контролирует крупнейший нефтяной актив Казахстана.
«Тенгизшевройл» – гигант среди налогоплательщиков Казахстана, ежегодно перечисляющий в бюджет триллионы тенге. Только в 2022 году компания пополнила казну почти на 4,6 трлн тенге, а в 2023 – на 3,7 трлн. Однако даже у таких монстров бывает «мелочь» в карманах: по данным УГД по Атырау, у ТШО имеется задолженность в размере 461 870 тенге. На фоне миллиардных и триллионных сумм – вроде бы капля в море. Но эта капля наглядно иллюстрирует, что и у крупнейших игроков остаются «хвосты».
Кто «снимает сливки» с Кашагана
Компания North Caspian Operating Company N.V. (NCOC) – оператор одного из самых амбициозных нефтяных проектов Казахстана – месторождения Кашаган. Это крупнейшее нефтяное месторождение, открытое за последние 40 лет в мире, и одно из самых дорогих в разработке. Зарегистрирована компания в Атырау, ее руководителем является Рую Джанкарло.
За NCOC стоит международный консорциум из семи энергетических гигантов, включая «КазМунайГаз» (16,88%), итальянскую «Eni» (16,81%), британский «Shell» (16,81 %), американский «ExxonMobil» (16,81 %), французский «TotalEnergies» (16.81 %), китайский CNPC (8,33%) и японский «INPEX» (7,56%). Такой состав участников подчеркивает стратегическое значение проекта и его глобальный масштаб. Однако, несмотря на участие национальной компании, добытая нефть в первую очередь идет на экспорт, а не на внутренний рынок, что вызывает вопросы о реальной выгоде для страны.
Налоговые отчисления компании, несмотря на статус оператора одного из самых дорогостоящих проектов страны, демонстрируют нестабильную динамику. В некоторые годы выплаты в бюджет страны резко падали: так, в 2017 году компания перечислила менее 19 млрд тенге, тогда как годом ранее – более 144 млрд. Впрочем, с 2022 года суммы вновь выросли – тогда NCOC внес в казну рекордные 239 млрд тенге. В 2024 году – уже более 210 млрд. Даже с учетом таких цифр, с учетом масштабов месторождения и соглашения о разделе продукции, возникает вопрос: действительно ли Казахстан получает справедливую долю от богатств Кашагана?
Кто качает миллиарды с Карачаганака: все о главных бенефициарах месторождения
Компания «Карачаганак Петролиум Оперейтинг Б.В.» – оператор одного из крупнейших нефтегазоконденсатных месторождений в Казахстане – Карачаганак, представляет собой еще один яркий пример международного консорциума, контролирующего стратегические ресурсы страны.
Несмотря на то, что национальная компания «КазМунайГаз» владеет лишь 10% долей, контрольный пакет находится в руках иностранных гигантов: итальянской Eni (29.25%), британской Shell plc (29.25%), американской Chevron (18%) и российской ЛУКОЙЛ (13.5%). Зарегистрирована компания в Западно-Казахстанской области, руководитель – Марсили Марко.
Компания стабильно обеспечивает бюджету Казахстана внушительные налоговые поступления. В отдельные годы сумма отчислений превышала триллион тенге – например, в 2022 году организация перевела в казну почти 1,4 трлн тенге. Однако в динамике заметны значительные колебания: от относительно скромных 127 млрд тенге в 2016-м до пиковых уровней, в десятки раз превышающих эту цифру, в последующие годы. Это наглядно демонстрирует, насколько национальный бюджет зависит от цен на нефть, экспортных объемов и условий соглашений о разделе продукции.
Таким образом вся добытая продукция на триллионы тенге идет на экспорт, в обход внутреннего рынка. При этом соглашение о разделе продукции предполагает, что основную прибыль получают именно инвесторы. Казахстан же, как страна-хозяин месторождения, фактически играет роль арендатора своей же земли, получая ограниченные дивиденды от ресурса, который должен был бы служить национальным интересам.
В выигрыше остаются крупные международные игроки, тогда как казахстанцы – владельцы недр по Конституции – довольствуются ростом цен на бензин и новыми планами по налогам. Пока мы обсуждаем очередное подорожание топлива и его дефицит, миллионы тонн казахстанской нефти продолжают «уезжать» за рубеж вместе с прибылью.
