Из года в год чиновники говорят о необходимости развивать внутренний туризм и повышать привлекательность Алматы для иностранных гостей, а бюджет города продолжает финансировать дорогостоящие зарубежные турне. Лондон, Сингапур, Токио, Доха, Сеул, Шанхай, Дубай, Гонконг, Мумбаи, Куала-Лумпур – география впечатляет не меньше, чем суммы. Только на участие в международных выставках и проведение презентаций Алматы за рубежом власти готовы потратить почти миллиард тенге. При этом остается открытым главный вопрос: сколько иностранных туристов действительно приезжает в город благодаря этим дорогостоящим выставочным гастролям, а не вопреки им? Разбираемся в материале Juzmedia.kz.
Как Алматы отправляет миллионы за границу
Управление туризма Алматы весьма активно осваивает бюджет на международное продвижение города. В июне был проведен тендер на участие в туристической выставке WTM London и проведение мероприятия «Дни туризма города Алматы» в Великобритании. Эту услугу власти оценили в 82,6 млн тенге.
Однако победитель – ТОО «GLOBAL IT SUPPORT» согласился выполнить работы почти за 75 млн тенге. На первый взгляд – обычная практика продвижения туристического направления. Но если посмотреть на закупки целиком, становится очевидно: это лишь одна остановка в весьма дорогостоящем мировом турне за бюджетный счет.
С начала года Управление туризма уже закупило аналогичные услуги практически для всех крупнейших туристических выставок Азии и Европы. В феврале был проведен тендер на участие в ITB Asia в Сингапуре и проведению «Дней туризма города Алматы» в рамках выставки на 92 миллиона тенге. Победитель конкурса – ТОО «Business Blessing Trust-BBT», который предложил наименьшую сумму - 80,4 млн тенге.
Затем последовали выставки GITF в Гуанчжоу – 74,8 млн тенге, QTM в Дохе – 67,9 млн, Tourism Expo Japan в Токио – 76,7 млн, MATTA Fair в Малайзии – 64,5 млн, ITE Hong Kong – 78,7 млн, ITB China в Шанхае – 76,4 млн, SITF в Сеуле – 77,7 млн, ATM Dubai – 78,5 млн, OTM Mumbai – 79,2 млн тенге.
Если сложить стоимость заключенных договоров, получается сумма около 830 миллионов тенге.
Но куда именно уходят эти деньги?
Технические спецификации практически идентичны для всех выставок. Государство оплачивает не просто аренду выставочного стенда, а полноценный комплекс услуг: международные авиаперелеты представителей акимата, четырехзвездочные гостиницы, визовую поддержку, трансферы, суточные, перевозку оборудования, оформление стендов, национальные костюмы для участников, работу артистов и батыров, дегустацию казахских национальных блюд, сувениры, VIP-подарки, проведение флешмобов, фотозон, розыгрышей, кофе-брейков, ужинов, видеосъемку, изготовление рекламной продукции, печать буклетов и даже подготовку пакетов Sarqyt со сладостями и описанием казахских традиций.
Причем требования расписаны до мельчайших деталей. На каждом стенде должны проводиться конкурсы каждые три часа, работать зарядные станции для телефонов, гостей необходимо встречать в национальных костюмах, а делегацию должны сопровождать сотрудники, свободно владеющие английским языком. Для иностранных гостей предусмотрены дегустации казы, курта, жента, чак-чака, казахстанского шоколада, сухофруктов и яблок. Кроме того, необходимо обеспечить участие артистов, батыров, организовать десятки деловых встреч, подписать соглашения с зарубежными туроператорами и провести презентации туристического потенциала Алматы на английском языке.
На бумаге все выглядит убедительно – в технической спецификации говорится о развитии въездного туризма, формировании положительного имиджа города и привлечении иностранных туристов. Однако именно здесь возникает самый важный вопрос.
Практически каждая выставка сопровождается одинаковыми требованиями: провести не менее ста B2B-встреч, подписать несколько десятков соглашений с иностранными туроператорами, распространить рекламные материалы и укрепить бренд Алматы на международной арене. Но эти госзакупки не отвечают на главный вопрос – какой измеримый эффект дают эти сотни миллионов бюджетных тенге? Сколько туристов реально приехали в Алматы после участия города в прошлогодних выставках? Какие соглашения действительно привели к появлению новых туристических потоков? Какие рынки показали отдачу, а какие стали лишь красивой строкой в отчете? Ответов на эти вопросы в технических заданиях нет.
Не менее любопытно и распределение подрядов. Большинство контрактов достались всего двум компаниям: «Business Blessing Trust-BBT» выиграл тендеры по участию в выставках в Дохе, Токио, Малайзии, «GLOBAL IT SUPPORT» окажет услуги в Лондоне, а в оставшихся шести конкурсах победа оказалась за компанией «NomadOne». Именно эти фирмы сопровождают мировое выставочное турне Алматы, получая сотни миллионов тенге.
VIP-прием за бюджетный счет
Если зарубежные выставки – это попытка привлечь иностранных туристов, то для тех, кто приезжает в Алматы по приглашению акимата, предусмотрена отдельная статья расходов. И речь идет вовсе не о стандартной организации визита. В феврале управление туризма Алматы разыграло еще один тендер – на 103 миллиона тенге.
Победителем снова стало ТОО «NomadOne», снизившее стоимость контракта до 93 млн тенге. За эти деньги компания в течение года должна организовывать экскурсии и ознакомительные туры для официальных зарубежных делегаций.
Что касается перечня услуг, то он больше напоминает программу обслуживания VIP-гостей, чем обычное экскурсионное сопровождение. Так, для делегаций предусмотрены автомобили бизнес- и представительского класса, VIP-микроавтобусы, встреча в аэропорту с именными табличками и логотипом Алматы, круглосуточная готовность подрядчика выполнить заявку даже в течение одного часа. При необходимости гостей должны доставлять на электромобилях по территории Шымбулака, обеспечивать питьевой водой, а в случае дождя – выдавать зонты, дождевики и необходимую экипировку.
На проживании тоже решили не экономить. Техническая спецификация предусматривает размещение гостей исключительно в гостиницах категории не ниже четырех и пяти звезд, а при необходимости – в глэмпингах или специально арендованных площадках для мероприятий. Только на проживание подрядчик должен обеспечить не менее ста ночей.
Не менее щедро прописано и гастрономическое сопровождение. Для иностранцев предусмотрены сотни обедов и ужинов в ресторанах с казахской, узбекской, китайской, итальянской, грузинской и другой кухней. Меню должно учитывать халал, вегетарианское питание, аллергии и любые индивидуальные предпочтения гостей.
А если этого окажется недостаточно, подрядчик по отдельному запросу обязан организовать практически полноценное культурное шоу. Встречать гостей будут девушки в национальных костюмах и юноши в образе батыров, сопровождать – национальный ансамбль, который исполнит не менее пятнадцати композиций за одно мероприятие. На столах должны появиться жент, курт, баурсаки, сухофрукты, казахстанский шоколад, яблоки и чай – все в деревянной посуде с пояснительными табличками об истории каждого продукта и его месте в казахской культуре. В завершение гостям вручат сувениры, подарочные боксы, брендированные блокноты, ручки, а при необходимости даже изготовят специальные благодарственные сертификаты в дизайнерском исполнении.
Безусловно, дипломатический и туристический протокол предполагает определенный уровень гостеприимства. Однако в совокупности с сотнями миллионов тенге, которые Алматы ежегодно расходует на зарубежные выставки, складывается система, в которой бюджет оплачивает практически весь цикл международного продвижения.
И вновь остается тот же вопрос: где измеримый результат? Сколько инвестиций уже принесли эти визиты? Сколько международных соглашений переросли в реальные проекты? Насколько вырос туристический поток после столь масштабных вложений в зарубежный маркетинг и VIP-прием делегаций?
Пока в технических спецификациях детально расписано, сколько килограммов курта должно лежать на праздничном столе и какого года выпуска должен быть представительский автомобиль, найти столь же подробные показатели эффективности этих расходов значительно сложнее. Именно поэтому многомиллионные закупки все чаще выглядят не как инвестиции с понятной отдачей, а как дорогостоящая витрина, стоимость которой известна до последнего тенге, тогда как ее реальная польза для города остается за кадром.
