Декларации чиновников в Казахстанезадумывались как публичный ответ власти обществу – короткий и честный. Но на практике этот ответ прозвучал лишь от единиц. Пока министры и депутаты без лишнего шума выложили доходы свои и своих жен, большинство акимовпредпочло режим тишины, словно речь идет о личной тайне, а не об обязанности публичных должностных лиц. Почему прозрачность в системе госуправления до сих пор работает по принципу «кто захотел – тот показал», и что именно власти так старательно не спешат выносить на свет, разбираем в материале Juzmedia.kz.
Декларационная тишина
С этого года в Казахстане правила игры формально изменились: чиновники обязаны не просто сдавать декларации, а публиковать их. Идея звучит почти революционно – власть должна стать прозрачной, а доходы госслужащих – понятными обществу. Но на практике эксперимент с открытостью быстро уперся в старую добрую тишину.
Из десятков акимов декларации обнародовали единицы. Остальные предпочли исчезнуть из публичного поля, будто речь идет не о законе, а о рекомендации «по желанию».
В ответ на запрос редакции Juzmedia аппараты акимов выдали идентичное объяснение: у акимов, мол, не было доходов, подлежащих декларированию. Формулировка универсальная, удобная и удивительно массовая.
Вот, к примеру, в аппарате акима Западно-Казахстанской области нам сообщили, что в соответствии с законом «О противодействии коррупции», а также приказом председателя Агентства по противодействию коррупции от 7 февраля 2025 года № 26 «Об утверждении перечня сведений, подлежащих опубликованию», публикации подлежат сведения о доходах и об имуществе, а также об отчуждении имущества.
«В связи с тем, что по итогам 2024 года у акима региона и первых руководителей области отсутствовали доходы, подлежащие декларированию, а также факты отчуждения имущества, сведения за указанный период не подлежали опубликованию. При этом все декларации за 2024 год представлены в уполномоченные органы в установленном законодательством порядке и в предусмотренные сроки», - заявили в аппарате акима ЗКО.
Аппарат акима Астаны ссылается на тот же закон, утверждая, что обнародовать можно лишь сведения о доходах, подлежащих налогообложению физлицом.
«При этом в случае отсутствия у декларанта доходов размещение сведений в открытых источниках не осуществляется. Таким образом, по результатам рассмотрения представленных деклараций о доходах и имуществе за 2024 год акима города Астаны, его заместителей, а также их супруг/супругов установлено отсутствие сведений, подлежащих обязательному опубликованию. В связи с этим публикация декларационных данных за указанный период не производилась», - пояснили в аппарате акима Астаны.
В аппарате акима Туркестанской области ссылаются на тот же самый закон и приказ главы Антикора.
«Если за отчетный период (2024 год) не имеется имущества и активов за пределами Республики Казахстан, а также отсутствуют денежные средства на банковских счетах в иностранных банках, находящихся за пределами Республики Казахстан, декларации не публикуются», - говорится в ответе на запрос.
В аппарате акима Актюбинской области тоже сослались на то, что из Налогового кодекса исключили опубликование информации о годовой зарплате, так как фискалы получают эти данные напрямую. И, мол, соответственно, в декларациях отражаются лишь доходы, подлежащие налогообложению физлицом самостоятельно.
«Таким образом, при отсутствии у акима, заместителей акима региона и их супругов доходов, подлежащих налогообложению самостоятельно, сведения на интернет-ресурсе государственного органа не публикуются», - говорится в сообщении.
Практически идентичный ответ мы получили и от акимата Абайской области.
«Аким области и его супруга, а также заместители акима области и их супруги не имели доход,подлежащий налогообложению в 2024 году», - сообщили в аппарате акима Абайской области.
Единственный из акимов регионов, кто вышел в свет
Пока все акимы предпочли умолчать, единственный, кто решился на публичность – глава Северо-Казахстанской области ГауезНурмухамбетов. Из всех акимов лишь он обнародовал доходы своей семьи. Информация была опубликована на сайте акимата еще 30 декабря 2025 года. Правда, указаны лишь доходы его супруги за 2024 год – Нурмухамбетова Гульнара Дулатовна заработала 7 680 000 тенге.
По данным из открытых источников, у жены акима есть ИП, которое действует с 2009 года. Через него она занимается арендой и управлением недвижимостью. Зарегистрировано ИП в Костанае.
Немного пролили свет и в акимате Шымкента. Здесь сообщили, что супруга акима Енбекшинского района задекларировала 5 700 000 тенге.
«А остальные лица, занимающие политические государственные должности в акимате города Шымкента, не имеют источников дохода,
кроме заработной платы», - пояснили в шымкентском акимате.
Как следует из ответа аппарата акима Павлодарской области, у главы региона и его супруги тоже отсутствуют доходы, которые подлежат опубликованию. То же самое заявили и в акиматах Кызылординской и Костанайской областей.
«Данная информация не была размещена на официальных сайтах государственных органов по причине отсутствия у вышеуказанных лиц доходов, подлежащих налогообложению физическим лицом самостоятельно», - подчеркнули в аппарате акима Костанайской области.
Их коллеги из Карагандинской области тоже заявили, что в открытом доступе может быть лишь информация при наличии доходов, которые физическое лицо декларирует самостоятельно. А раз таких доходов нет, то и сведений о дивидендах акима казахстанцы тоже не получат.
Аналогичный ответ последовал и от акиматов Жетысуской, Восточно-Казахстанской, Жамбылской областей и Алматы.
«В представленных сведениях акима области и его супруги, заместителей акима области и их супруговза 2024 год отсутствуют доходы, предусмотренные перечнем сведений, подлежащих опубликованию», - отметили в акимате Жамбылской области.
«Декларации о доходах акима города, его супруги и первых руководителей не подлежат публикации в связи с отсутствием доходов, включенных в перечень», - подчеркнули в акимате Алматы.
От остальных акиматов ответы на официальный запрос мы не получили.
Прозрачность отменяется
В общем, выходит парадокс. Руководители регионов и городов – люди с зарплатой, служебными привилегиями, имуществом и семьями – вдруг оказались почти вне финансовой реальности. Доходов нет, декларировать нечего, публиковать – тем более. Закон есть, а содержания как будто не предусмотрено.
При этом сама логика всеобщего декларирования изначально была иной: не доказать богатство, а зафиксировать картину целиком – от нулей до миллионов. Именно публичность должна была стать инструментом доверия. Но когда декларации превращаются в невидимые документы, доверие снова остается за скобками.
Таким образом акимы лишь формально соблюдают требования – декларации, по их словам, сданы. Но общество их так и не увидело. А значит, главный вопрос реформы повис в воздухе: если у высших региональных чиновников и их жен действительно «нечего декларировать», то почему об этом нельзя сказать открыто и документально? Или прозрачность в Казахстане по-прежнему работает только там, где она никого не смущает?
